Цветовая гамма

Назад

Недавно на одном совещании чиновники заявили, что никаких «серых» компаний не существует. Либо вы — честные и «белые», либо вас будут преследовать по всей строгости закона. Полутонов, мол, в этом вопросе нет. Тем не менее, «Бизнес–журнал» склонен придерживаться более широкой градации. Хотя бы потому, что куда в большей степени мы доверяем реалистическим оценкам, нежели лозунгам.


Обыватели, как, впрочем, и многие чиновники, привыкли полагать, что «белые» — это те, кто, не задумываясь, «отстегивает» государству все, что то ни попросит. «Черные» не платят ничего вообще, а хитрые «серые» балансируют на грани закона, пытаясь и рыбку съесть, и косточки сдать. То есть вроде бы и заплатить, но как можно меньше. В общем, минимизируют и оптимизируют свое налогообложение как только умеют. Наслушавшись подобных утверждений, невольно задаешься вопросом: неужели «белые» компании совершенно не пытаются законными, разумеется, способами и методами уменьшить размер налоговых платежей? Или уже в момент возникновении столь крамольных мыслей они стремительно движутся в «темные» ряды? Грань между налоговой «схемой» и оптимизацией, действительно, очень тонка. Но запретить разумно расходовать собственные деньги не может никто.

Тонкая грань
Для начала давайте разберемся с тем, что такое пресловутая «оптимизация налогов». Допустим, у компании N объем выручки составляет 1 000 рублей. Если ее затраты, учитываемые при налогообложении прибыли, также подвести к этой цифре (1 000 рублей), то налог на прибыль составит ноль рублей, ибо прибыли у предприятия нет. Оптимизация? Нет, нищета. Ведь в распоряжении предприятия не осталось ни грана.


Теперь предположим, что компания ничего не скрывает и честно платит с выручки 24% налога на прибыль. Это тоже, естественно, не оптимизация, но в распоряжении фирмы остается 760 рублей, которые можно использовать, например, для развития бизнеса. Так что же такое настоящая оптимизация?
С известной долей условности можно выделить три ключевые стратегии налогового планирования. «Белая» оптимизация — это легальный путь сокращения налогов, при котором используются возможности, предоставленные законом (выбор режима хозяйственной деятельности с меньшей налоговой нагрузкой и методов ведения бухгалтерского учета, применение прямых налоговых льгот). «Черная», или агрессивная оптимизация — это прямое уклонение от уплаты налогов. Это нелегальный путь сокращения налогов, который основан на использовании схем с высокой долей риска, незаконных методов сокрытия доходов, искажения бухгалтерской и налоговой отчетности (фирмы-«однодневки», «черный нал», оффшоры, поддельные печати и т. д.). Ну и, наконец, «серый» путь — опасное балансирование между вышеописанными методами оптимизации. Нужно признать, что путь этот эффективен, так сказать, в денежном выражении, но нередко «серым» предпринимателям все же приходится отстаивать в суде свою точку зрения на налогообложение и оспаривать претензии налоговиков.
Между прочим, многие компании проводят оптимизацию не только для того чтобы максимально снизить налоги, ведь комплексное налоговое планирование остается частью финансового планирования на предприятии. В свою очередь, планирование налоговых платежей позволяет более эффективно управлять имеющимися ресурсами, добиваясь оптимальных пропорций всех финансовых аспектов сделок (ликвидности, оборачиваемости, трудоемкости учета и контроля).
— Какова должна быть доля налоговых отчислений в бюджет от выручки компании, чтобы возникла необходимость в налоговой оптимизации? На этот счет единого мнения у специалистов не существует. Нужно учитывать масштаб деятельности компании, сектор рынка, в котором она работает, и аппетиты собственника фирмы. И все-таки можно сформулировать общую рекомендацию: если налоговое бремя превысило 25% выручки, руководству предприятия пора задуматься над оптимизацией налоговых потоков. В связи с усилением административного пресса доля «серых» схем оптимизации налогов, например «комиссионной» и «зачетной», становится значительно ниже. Тем временем все большую популярность приобретают более сложные и дорогие инструменты оптимизации, которые вместе с тем надежнее защищены в правовом смысле, — говорит Сергей Рыбаков, руководитель юридической практики консалтинговой группы «Тензор».
Процедуры эти не дешевы, поэтому приходится привлекать дорогих специалистов, а стоимость самой простой схемы, разработанной профессионалами для небольшого предприятия, начинается от трех–пяти тысяч долларов. В итоге, принимая решение начать «оптимизацию», собственник должен соотносить эффективность налогового планирования с затратами и риском на его проведение. Если налоги относительно терпимые, а наказание жестокое и необратимое, имеет смысл подумать: а стоит ли пытаться что–то менять? Не лучше ли заплатить и, как говорится, спать спокойно? Естественно, бывают случаи, когда бизнес, честно уплачивающий все налоги, становится совершенно нерентабельным. Но таким образом государство стремится повлиять на экономику экономическими же рычагами. И, наконец, если из–за налогов тем или иным бизнесом заниматься невыгодно, то, может, и не стоит им заниматься?
Куда более продуктивный путь — оптимизация будущих налогов еще на этапе организации бизнеса, что позволяет с самого начала тщательно подойти к выбору организационно–правовой формы, системы налогообложения, к разработке структуры предприятия, дабы затем не пришлось лихорадочно менять систему налогообложения или искать лазейки, чтобы выжить на рынке.


Если налоговое планирование проводится уже в процессе функционирования предприятия, то начинать следует с анализа существующего порядка налогообложения. Это исследование текущих налоговых рисков и системных ошибок в налоговом учете, проверка документооборота и обеспечения требуемого качества первичных документов, то есть налоговый и юридический аудит. В итоге компания получает информацию о степени рискованности той или иной операции по оптимизации налогообложения. Затем последовательно примеряются различные инструменты налогового планирования, чтобы выяснить, какие из них наиболее эффективны для этой компании в конкретной ситуации. Удачные варианты «внедряются», в соответствие с ними приводятся договорная база, внутренние организационные документы, элементы учетной политики и система внутреннего контроля.


Обычно специалисты по оптимизации должны не просто разработать схему налогообложения, но и адаптировать ее с учетом деятельности компании–клиента, в течение некоторого времени сопровождая ее. Впрочем, специалисты по налоговому планированию признаются: в некоторых случаях для уменьшения налогов требуется лишь изменить налоговую политику компании.

Белые начинают и выигрывают
— «По–белому» в России работать можно, несмотря на то, что налоги и прочие расходы, связанные с жизнедеятельностью компании, будут высоки. Но это доступно и для крупных компаний, и для компаний, у которых есть постоянный денежный доход. К сожалению, существующие нормативные документы по налогам составлены так, что малому и среднему бизнесу работать «прозрачно» очень и очень сложно, — говорит Мамука Шулая, генеральный директор компания IBERI.
— Зрелый бизнес не может позволить несоответствие закону и деловой этике. Его стабильность и рост капитализации несоизмеримо важнее краткосрочных выгод от использования сомнительных схем, — добавляет Алексей Басов, генеральный директор компании «Бегун». — Например, к прозрачности интернет–компаний рынок предъявляет особые требования. Все без исключения лидеры рынка ориентированы на западные принципы ведения чистого бизнеса, которые гораздо жестче российских. Крупные участники взаимодействуют с публичными компаниями или сами готовятся к IPO, оперируют значительными финансовыми потоками, что неизменно привлекает внимание широкой общественности. Все это совершенно не совместимо с какими–либо нечистоплотными махинациями.
Так что же, получается, что «белым» у нас можно считать только крупный бизнес да немногочисленных игроков некоторых нишевых рынков? Увы, это так. Крупным игрокам, действительно, слишком опасно использовать рискованные схемы. Но сейчас мы — не о деньгах.
— Работать «в белую» для нас выгодно, потому что прозрачность бизнеса — непременное условие для размещения ценных бумаг на зарубежных биржах и привлечения кредитов за рубежом. Кроме того, с ростом масштабов бизнеса риски при использовании «серых» схем становятся неприемлемо высокими, — говорит Юлия Остроухова, пресс–секретарь АО «Вымпелком».
Однако не стоит думать, что титаны российской экономики и даже наши «голубые фишки» не пытаются оптимизировать свое налогообложение. Еще как пытаются! Но легальными методами.
У крупного бизнеса есть существенное преимущество перед малым. Заключается оно в том, что, благодаря большим оборотам и большой прибыли, такой бизнес может позволить себе потратить деньги на оплату труда дорогостоящих консультантов, которые всегда найдут законные способы уменьшить налоговые потоки. Естественно, эти способы не будут дешевыми. Так, «членство» во вновь создаваемых российских оффшорах стоит от 10 миллионов евро. Зато вам гарантированы освобождение от экспортно–импортных ввозных пошлин и существенные льготы по налогам. Можно использовать ресурсы оптимизации благодаря инвестициям в НИОКР и иные виды деятельности, пользующиеся налоговыми льготами, участвовать в инвестиционных проектах. Но для малых предприятий эти пути чаще всего закрыты.
В то же время, регистрацию юридического лица в льготном регионе (напомним, сейчас их в России восемь — в Дубне, Зеленограде, Липецке, Елабуге, Санкт–Петербурге, Томске, Калининграде и Магадане) и схемой–то назвать нельзя! Все совершенно честно, чисто и законно. А выгоды — налицо (см. таблицу). Размер налогов, перечисляемых в бюджет, значительно сокращается, а затраты по вступлению в ОЭЗ начнут окупаться примерно через год жизни в оффшоре.

Леопарда невозможно отмыть от пятен
— Работа «в черную» — это риск, а риск всегда стоит денег. Например, проводя товар через таможню «в черную», предприниматель рискует тем, что может потерять всю партию. И получается, что к стоимости прямых расходов на растаможку нужно добавить стоимость риска потери всего товара. И неизвестно, как часто он его будет терять… Так что работа «в черную» особых экономических выгод не дает, как ни парадоксально это звучит, — считает Антон Калабин, директор и совладелец компании «Камео».
Но число малых предприятий, работающих в России абсолютно легально, без применения даже «серых» схем, микроскопически мало.
— К сожалению, государство само создает такие условия, при которых работать «по–белому» просто невыгодно. Поэтому мы вынуждены платить зарплаты в конвертах, умудряться обналичивать деньги и использовать «однодневки». Да, страшно. Но я на данный момент не вижу иного выхода, — жалуется Ирина, предприниматель из Самары.
Строго говоря, применяемые российскими фирмами «серые» и «черные» схемы ухода от налогов могут дать куда больший денежный эффект, чем легальные способы минимизации платежей. Но они прямо связаны с непременным нарушением налогового законодательства, а это риски, причем риски «считаемые». Однако, по различным оценкам, не менее 80% небольших компаний так или иначе используют в своей деятельности фирмы–однодневки. Да что говорить, если предпринимателю часто не нужно даже регистрировать «пустышку» самостоятельно — известно, что такие фирмы предлагают проверенным клиентам для разовых услуг многие банки. А уж налоговых схем с применением этих не существующих в природе компаний — превеликое множество. Можно сделать свою налоговую базу минимальной, а основные долги перед бюджетом повесить на «однодневку» путем заключения с ней договора, по которому ваша фирма будет лишь посредником (комиссионером, поверенным, агентом) с наименьшим вознаграждением. Или занизить налог на прибыль, отнеся в состав затрат, учитываемых при налогообложении прибыли, расходы, якобы осуществленные в отношении «однодневки». А еще можно «продать» компанию «однодневке» после налоговой проверки, по результатам которой вы должны государству немалую сумму. Была бы фантазия, а схема найдется!
Доказать связь реальной фирмы с «однодневкой» на самом деле довольно сложно. Ведь, если налоговые органы проявят к ней интерес, за все будет отвечать подставной директор, которого, впрочем, еще нужно отыскать. Поле для деятельности настолько широко, а ум российских предпринимателей и их налоговых консультантов так изворотлив, что налоговики не успевают отслеживать и пресекать вновь появляющиеся схемы.
Проблема в том, что многие предприниматели, начав применять ту или иную схему и получив от нее реальную денежную отдачу, совершенно забывают о том, что в природе ничто не вечно. Между тем, полезно обращать внимание на арбитражную практику: как только судьи начнут принимать неблагоприятные для налогоплательщиков решения, практикуемую схему необходимо сворачивать. «Если уж и применять схемы, то нужно придумывать что–то оригинальное, а схемы, хорошо известные налоговикам, использовать не только невыгодно, но и опасно», — заявил «Бизнес-журналу» один из налоговых консультантов.
Многие компании строят схемы налоговой оптимизации исключительно на «огрехах» законодателя, используя несовершенство Налогового кодекса и других законов. Ничего неправомерного в этом нет, да и сам Налоговый кодекс все неустранимые сомнения, противоречия и неясности актов законодательства о налогах и сборах велит толковать в пользу налогоплательщика. Но налоговые органы не дремлют, постоянно отслеживая факты использования налогоплательщиками ошибок в законодательных актах, и по горячим следам издают различные методички с разъяснениями для своих сотрудников, чтобы те не проглядели нарушения при проверке. В результате многие фирмы оказываются в суде, и даже если, в конце концов, судьи и встанут на их сторону, представьте, сколько денег, нервов и времени уходит на судебные «разборки»!
В полном смысле слова «черные» компании вообще живут по шпионским законам — шифруют деловую информацию на своих компьютерах при помощи криптографических программ, используют для переписки с партнерами арендованные на подставных лиц почтовые ящики, не имеющие никакого отношения к реальному адресу, и т. д.
Но, признаем, это все меньше напоминает бизнес…

16 Июня 2006